[794-5][@ant] fix: current = high-water mark парсера + относительный API base — честный статус индекса

Два дефекта отображения синка:

1. SPA: new URL(path, '') бросал TypeError при пустом VITE_API_BASE → health-проба
   всегда null → «индекс недоступен», хотя бэкенд synced. Фолбэк base на
   window.location.origin (vite-proxy/nginx шлёт /v1 на api). vite.config —
   фикс-порт 5174 (strictPort) + proxy /v1 → :3030, наружу один ssh-проброс.

2. health.current_block брался из последней строки permission_history → «висел» на
   блоке последней смены прав (6303) в тихие периоды и читался как зависание.
   Теперь current = block_num tip-записи стрима (getParserHead) = докуда реально
   обработал парсер; растёт у головы в реальном времени. Побочно чинит C6:
   beyond_index сравнивал at с устаревшим current_block_time (31 мая) и ложно
   отбраковывал свежие запросы.

apps/api/src/repo.ts

@@ -2,7 +2,7 @@ import type { Kysely } from 'kysely';
 import type { Database, KeyWeight } from './db/schema.js';
 import { SYNC_KEY } from './config.js';
 import { classify, type HealthView } from './services/health-status.js';
-import { getStreamLag } from './services/stream-lag.js';
+import { getStreamLag, getParserHead } from './services/stream-lag.js';
 
 export interface CheckResultRow {
   active: boolean;
@@ -89,32 +89,23 @@ export async function getHealth(db: Kysely<Database>): Promise<HealthView> {
     .where('key', '=', SYNC_KEY)
     .executeTakeFirst();
 
-  const { lag } = await getStreamLag();
+  const [{ lag }, parser] = await Promise.all([getStreamLag(), getParserHead()]);
 
-  if (!p) {
-    return {
-      head_block: 0,
-      head_block_time: null,
-      current_block: 0,
-      current_block_time: null,
-      behind_by: 0,
-      stream_lag: lag,
-      status: classify(lag),
-      bootstrap_done: false,
-      source: 'verifier-indexer',
-    };
-  }
+  // current = high-water mark парсера (докуда реально обработано), НЕ последняя запись
+  // permission_history — иначе в тихие периоды current «висит» на блоке последней смены прав.
+  const head = p ? Number(p.head_block_num) : 0;
+  const current = parser.block_num ?? (p ? Number(p.block_num) : 0);
+  const currentTime = parser.block_time ?? (p ? toIso(p.block_time) : null);
 
-  const behind_by = Math.max(0, Number(p.head_block_num) - Number(p.block_num));
   return {
-    head_block: Number(p.head_block_num),
-    head_block_time: toIso(p.head_block_time),
-    current_block: Number(p.block_num),
-    current_block_time: toIso(p.block_time),
-    behind_by,
+    head_block: head,
+    head_block_time: p ? toIso(p.head_block_time) : null,
+    current_block: current,
+    current_block_time: currentTime,
+    behind_by: Math.max(0, head - current),
     stream_lag: lag,
     status: classify(lag),
-    bootstrap_done: p.bootstrap_done,
+    bootstrap_done: p ? p.bootstrap_done : false,
     source: 'verifier-indexer',
   };
 }

apps/api/src/services/stream-lag.ts

@@ -58,6 +58,41 @@ export async function getStreamLag(): Promise<StreamLag> {
   }
 }
 
+export interface ParserHead {
+  /** Последний блок, который парсер обработал и записал в стрим (high-water mark). */
+  block_num: number | null;
+  /** Время этого блока (UTC ISO). */
+  block_time: string | null;
+}
+
+/**
+ * High-water mark парсера = block_num последней записи стрима (tip).
+ *
+ * Зачем отдельно от permission-прогресса: индексатор пишет в БД только при смене прав,
+ * поэтому «последняя строка permission_history» застывает в тихие периоды и читается как
+ * зависание. Честное «докуда обработано» — то, что парсер уже опубликовал в стрим; consumer
+ * с lag=0 стоит на том же tip. Эта величина и есть UI-`current` и граница beyond_index для C6.
+ */
+export async function getParserHead(): Promise<ParserHead> {
+  try {
+    const raw = (await client().call('XREVRANGE', streamKey(), '+', '-', 'COUNT', '1')) as unknown[];
+    const entry = raw[0] as [string, string[]] | undefined;
+    if (!entry) return { block_num: null, block_time: null };
+    const fields = pairs(entry[1]);
+    const data = typeof fields.data === 'string' ? JSON.parse(fields.data) : null;
+    if (!data || typeof data.block_num !== 'number') return { block_num: null, block_time: null };
+    return { block_num: data.block_num, block_time: toUtc(data.block_time) };
+  } catch {
+    return { block_num: null, block_time: null };
+  }
+}
+
+/** block_time из цепи приходит без таймзоны (`2026-06-03T16:56:03.500`) — это UTC, помечаем Z. */
+function toUtc(t: unknown): string | null {
+  if (typeof t !== 'string' || t.length === 0) return null;
+  return /[zZ]|[+-]\d\d:?\d\d$/.test(t) ? t : `${t}Z`;
+}
+
 export async function closeStreamLag(): Promise<void> {
   if (redis) {
     await redis.quit().catch(() => {});

apps/spa/src/lib/api.ts

@@ -1,4 +1,7 @@
-const API_BASE = import.meta.env.VITE_API_BASE ?? 'http://localhost:3030';
+// Пустой VITE_API_BASE => относительные запросы от origin страницы (vite-proxy/прод-nginx
+// шлёт /v1 на api). new URL() с пустым base бросает TypeError, поэтому фолбэк на origin.
+const API_BASE =
+  import.meta.env.VITE_API_BASE || (typeof window !== 'undefined' ? window.location.origin : '');
 
 export interface ActiveCheckResponse {
   active: boolean;

apps/spa/vite.config.ts

@@ -2,7 +2,17 @@ import { defineConfig } from 'vite';
 import vue from '@vitejs/plugin-vue';
 import tailwindcss from '@tailwindcss/vite';
 
+// Фиксированный порт 5174 (strictPort — не «уползать» на 5175, чтобы ssh-проброс был стабилен).
+// /v1 проксируется на локальный verifier-api :3030 — наружу нужен ОДИН проброс (5174),
+// фронт ходит относительным путём (VITE_API_BASE='' в .env.local).
 export default defineConfig({
   plugins: [vue(), tailwindcss()],
-  server: { port: 5173 },
+  server: {
+    host: true,
+    port: 5174,
+    strictPort: true,
+    proxy: {
+      '/v1': { target: 'http://localhost:3030', changeOrigin: true },
+    },
+  },
 });